В офисе известного Telegram-канала Baza прошли обыски, в результате которых были изъяты техника и документы. Позже стало известно о задержании главного редактора издания Глеба Трифонова и журналистки Татьяны Лукьяновой. Следственные действия ведутся в рамках уголовного дела о превышении должностных полномочий сотрудниками полиции, которые, предположительно, передавали служебную информацию журналистам.
Утром 22 июля силовики провели обыски в редакции Baza, изъяв телефоны, компьютеры и документы. Обыски также прошли в доме Глеба Трифонова. Адвокат Трифонова сообщил о его задержании по делу, связанному с действиями сотрудников полиции. Позднее Следственный комитет (СКР) уточнил, что Трифонов и его коллега были задержаны по обвинению в даче взятки и доставлены на допрос.
По информации «Коммерсанта», задержанные журналисты Baza в ходе допросов сообщили, что приобретали данные и видеоматериалы за деньги, утверждая, что речь шла о спортивных или светских событиях. Однако, по версии следствия, журналисты получали служебную информацию от полицейских из Белгородской области, Краснодарского и Красноярского краев в обмен на взятки.
Официальный представитель МВД России Ирина Волк подтвердила задержание сотрудников полиции, которые передавали служебную информацию третьим лицам.
Ситуация вокруг Baza не является уникальной. Ранее, в начале июня, обыски проходили в офисе уральского издания Ura.ru. В отношении редактора Дениса Аллаярова было возбуждено дело о даче взятки должностному лицу. Источники утверждают, что бывший сотрудник полиции мог передавать Ura.ru служебные сведения из ежедневной сводки за деньги, и он также стал фигурантом дела о получении взятки.
Мнения экспертов
Заместитель главного редактора «Фонтанки» Евгений Вышенков отмечает, что приобретение информации так или иначе практикуется многими СМИ:
«Ни для кого не секрет, большинство средств массовой информации так или иначе приобретают и покупают информацию. В каком виде, это уже 25-й вопрос. Так делают многие. Baza не одинока. С точки зрения журналистики это как бы принято. С точки зрения формального закона это звучит по-другому: некий сотрудник, должностное лицо, получает некую копейку и передает служебную информацию куда-то. Это звучит как получение взятки, посредничество во взяточничестве и дача взятки.»
— Евгений Вышенков, заместитель главного редактора «Фонтанки»
Он предполагает, что подобные действия могут служить сигналом о новых «правилах игры» для медиа.
Управляющий партнер адвокатского бюро «Соколов, Трусов и партнеры» Федор Трусов также видит в этом демонстрацию ужесточения правил взаимодействия государства и СМИ:
«Здесь двояко. С одной стороны, очередная глава в истории взаимодействия государства и СМИ. … Показывается, что начинаются новая глава, новые правила игры. Но, как обычно у нас, когда вводятся новые правила игры, разъясняются они только постфактум, только в последующем: из приговоров в отношении админов Telegram-каналов либо редакторов и журналистов средств массовой информации. Для меня бесспорно: наказывать журналистов за сбор информации нельзя, можно — из-за недобросовестного использования информации, добытой журналистами. Наверное, это правильно и нужно. Но иначе мы так непонятно во что мы превратимся. Все идет своим чередом. Постепенное определенное закручивание гаек.»
— Федор Трусов, управляющий партнер адвокатского бюро «Соколов, Трусов и партнеры»
На вопрос о возможном влиянии на другие популярные каналы, такие как Shot или Mash, Трусов ответил, что инцидент с Ксенией Собчак уже показал «умеренным средствам массовой информации» необходимость быть «аккуратнее».
Независимый политолог Михаил Захаров склонен считать, что эти события являются прежде всего сигналом правоохранительным органам, которые торговали данными, а не журналистам:
«Конечно же, попутно журналистов можно 33 раза пнуть, но сам по себе посыл, что сразу после того, как пришли в редакцию к сотрудникам и устроили там обыски, по регионам пошли задержания сотрудников МВД, которые торговали информацией. Поэтому хотели прежде всего изъять технику и посмотреть, что в ней интересного. То есть отслеживали связи. Но, конечно же, журналистам от этого не приятнее и не проще. Потому что, как говорил Дмитрий Сергеевич Песков, существует цензура военного времени. Работать журналисту в нашей стране непросто, и, в общем, с каждым днем проще не становится. Количество публикаций в медиа, и не только в медиа, которые связаны с пробивами, просто зашкаливает. Не говорим о том, что базы утекают направо и налево и ими пользуются мошенники. Как узнать, кто торгует базами? Например, вот так — зайти в здание под названием Baza.»
— Михаил Захаров, независимый политолог
